«Каким же надо быть умным и эрудированным человеком, товарищ капитан первого ранга, чтобы так долго и убедительно отстаивать свою глупость.»
Два сухаря и чаша с водой -
Парадный завтрак сегодня для той,
Забитой, забытой, слезами умытой
Девы, тоской и печалью убитой.
Высокие башни, глубокие рвы,
Второй год кровавой и лютой войны.
Отчаянье прочно увязло в глазах,
Вера убита, главенствует страх.
Медная чаша с водой ключевой,
Тайну свою позабудь иль укрой,
Ни словом, ни делом не выдай себя -
Жадна до крови твоя родня.
Для всех в этом мире надежно мертва,
Камень, побои, лохмотья, вода,
И голод, и холод. Но, дева, поверь,
Откроешь однажды скрипучую дверь,
По стертым ступеням на ощупь во мрак,
К тому, кто готовит империи крах,
К тому, кто пугает, к тому, кто отец
Пойдешь напрямик по биенью сердец.
Сила в крови беззвучно поет,
Тебя не услышав, безумец умрет.
На вспотевший лоб водрузишь венец.
Здравствуй, мир! И... Прощай, отец...
Парадный завтрак сегодня для той,
Забитой, забытой, слезами умытой
Девы, тоской и печалью убитой.
Высокие башни, глубокие рвы,
Второй год кровавой и лютой войны.
Отчаянье прочно увязло в глазах,
Вера убита, главенствует страх.
Медная чаша с водой ключевой,
Тайну свою позабудь иль укрой,
Ни словом, ни делом не выдай себя -
Жадна до крови твоя родня.
Для всех в этом мире надежно мертва,
Камень, побои, лохмотья, вода,
И голод, и холод. Но, дева, поверь,
Откроешь однажды скрипучую дверь,
По стертым ступеням на ощупь во мрак,
К тому, кто готовит империи крах,
К тому, кто пугает, к тому, кто отец
Пойдешь напрямик по биенью сердец.
Сила в крови беззвучно поет,
Тебя не услышав, безумец умрет.
На вспотевший лоб водрузишь венец.
Здравствуй, мир! И... Прощай, отец...